Когда мы купили дом в Калабрии, мы не думали об охране природы. Мы искали свободу, тишину, расстояние и отсутствие близких соседей. Возможно, мы просто хотели включать большую стереосистему погромче, никому не мешая.
Через несколько лет мы купили первый участок, потому что по нему проходил наш подъезд. Так началась цепная реакция. Нам предлагали всё новые земли. Раздробленной была не природа, а собственность. То, что для многих не имело ценности, для нас стало частью единого целого.
Некоторые участки принадлежали десяти и более людям, а нотариус иногда стоил дороже земли. Когда мой друг-архитектор показал мне три страницы кадастровых участков, он рассмеялся: «Ты новый барон Самбразе». Только тогда я увидел, что возникло.
Сегодня над холмом кружат канюки. Ласточки пьют из бассейна, трясогузки превратили водопад в суши-бар, а щурки пересекают небо. Ночью приходят кабаны, барсуки, лисы и даже волки. Им не нужны люди. Им нужен покой.
Мы не создали природу. Мы оставили её в покое. Солнце даёт электричество, колодец воду, древесина тепло, сад плоды, а земля пространство животным. Мы берём необходимое, но не всё.
После продажи стоматологической практики я мог бы инвестировать деньги. Вместо этого их часть лежит сегодня под нашими ногами в виде ландшафта. Летом достаточно сидеть у бассейна или на террасе. Присутствие природы — величайшая благодарность.
Возможно, это никогда не было нашим планом. Возможно, это был план природы. Мы хотели свободы, и природа тоже воспользовалась этой свободой. Главное богатство не в том, чтобы взять с земли максимум, а в том, чтобы что-то ей оставить.
Мы инстинктивно поступили правильно. Смысл поняли лишь более чем через двадцать лет. Без программы. Без флага. Без чувства превосходства. И всё же это было правильно.
